13 >

     Хозяин инструктора  жил на  Кюрасао,  соседнем  острове,  принадлежащем
Голландии, - маленький кусочек хитроумной северной страны в теплых  лазурных
водах.
     Римо отправился на остров и посетил там четырех важных дельцов, недавно
вдруг сказочно разбогатевших. Во-первых, Римо имел честь  лично сообщить им,
насколько  ненадежны  их  заборы  и  охрана, во-вторых, что их  коммерческая
карьера на острове закончилась из-за того,  что  они связались с наркомафией
и, в-третьих,  что подходят к  концу и их жизни - ведь они  виновны в гибели
американских агентов и прочих представителей закона.
     Он  доходчиво  объяснил  дельцам,  что им  вряд  ли теперь  понадобятся
глотки,  поэтому он вырвет  их из тел и отдаст на  съедение рыбам.  Так он и
поступил, и с дельцами было покончено.
     Перед отъездом Римо еще раз встретился с инструктором,  направившим его
к четырем мафиози, чтобы оказать тому последнюю услугу.
     -  Мы Знакомы  только один  день,  и  однако мне  кажется, что мы стали
друзьями, - сказал ему Римо.
     Инструктор   помнил,  как  этот  человек,  обходящийся  без  кислорода,
удерживал его  силой  на  глубине  двести футов, знал,  что  он  с легкостью
сокрушил мощные заграждения и прошел радарные лучи, а  потом вырвал глотки у
самых могущественных людей острова - так, походя, как собака щелкает на себе
блох, и потому с радостью согласился на вечную дружбу.
     - Я  прошу только одного, - сказал  Римо, - что бы ни случилось, никому
не  говори обо мне. И о том,  что видел и почему согласился стать свидетелем
на будущем суде.
     - Обещаю! Ведь мы братья, - почти рыдал инструктор.
     Римо  счел  уместным  процитировать  строчку   из  рекламного  плаката,
предлагающего провести отдых на островах Карибского моря: Вы встретите здесь
замечательных  друзей:  Но  почти сразу же улыбка погасла на его лице,  и он
произнес ледяным голосом: Но если обманешь,  мы  обязательно  встретимся еще
раз.

     Сразу же после этого разговора Римо вылетел на самолете компании Принэр
в Майами, а оттуда - в Бостон,  один  из отелей которого он последний  месяц
считал своим домом. У  него не было настоящего пристанища, родного очага, он
был человеком вселенной, а у  такового вряд ли  бывает постоянная  крыша над
головой.
     Внутри  пентхауза  отеля  Риц-Карлтон,   окна   которого  выходили   на
Бостон-Коммон, весь,  пол был завален плакатами с надписями на английском  и
корейском языках.
     На всех было одно и то же: Стоп! - или - Стой!  На  небольшом столике у

Следующая

13 >