18 >

считать - ты что, делаешь это для Дома Синанджу или для меня?
     - Прости, но...
     Римо  не дано было  закончить  фразу:  Чиун заткнул  уши. Пришло  время
оскорбиться по-настоящему,  и Чиун так и  поступил. Перед тем, как отойти  к
окну, из которого открывался прекрасный вид, на фоне которого его обида была
бы еще заметнее, он произнес только одну фразу:
     - Никогда больше не употребляй этого слова в моем присутствии.
     Чиун уселся перед окном в позе лотоса, спиной к Римо и к самой комнате,
голова   в  полном  равновесии   с  безупречным  позвоночником,  на  лице  -
сосредоточенное выражение безмятежного  спокойствия, полный уход в себя. Да,
это  было  величественное  проявление обиды.  Но  в  конце концов он  Мастер
Синанджу.
     И только услышав, как захлопнулась дверь номера, Чиун вспомнил, что шеф
КЮРЕ просил кое-что передать Римо.
     - Я заеду в гостиницу, мне нужно повидаться с ним, - сказал Смит.
     - С восхищением  будем ожидать вашего появления, о, император, - пропел
Чиун.
     - Передайте Римо, чтобы он подождал меня.
     - Ваши слова навечно запечатлятся в моем сердце, - пообещал Чиун.
     - Могу я надеяться, что вы передадите ему мои слова?
     - С той же точностью, с какой солнце  возвещает весенним цветам о своем
приходе, - заверил его Чиун.
     - Это означает да? - поинтересовался Смит.
     - Разве солнце восходит утром, а луна - ночью, о, император? -  спросил
в свою очередь Чиун.
     Римо частенько поправлял корейца, говоря, что доктор Харолд Смит  вовсе
не  император  и  сроду  им не был.  Он  только возглавляет  КЮРЕ.  Смита  и
назначили  на  эту должность,  объяснял  Римо,  потому  что он  не  придавал
значения званиям  и никогда не стал бы использовать  мощь  своей нелегальной
организации для  самовозвышения. Слушая Римо,  Чиун снисходительно улыбался,
думая про  себя, что  со временем  Римо повзрослеет и станет лучше  понимать
людей. Нельзя же всему научиться в один день.
     - Значит, вы передадите ему мою просьбу сразу же, как только он придет?
- осторожно осведомился Смит.
     - Он услышит вашу просьбу прежде, чем увидит  мое лицо, - пообещал Чиун
и,  повесив трубку, вернулся к  более важным, с его  точки зрения  вещам,  а
именно - плакатам, клеймящим убийц-любителей.
     И вот теперь, когда за Римо захлопнулась дверь, он вспомнил о поручении
Смита.  Но всем  это  было  не  так  уж важно.  Золото  за  службу регулярно
доставлялось  водным путем в Синанджу, и  из-за непереданных поручений поток

Следующая

18 >