Ричард Сапир, Уоррен Мерфи. В объятиях Кали - Глава шестая
56 >
На обороте билета была еще одна надпись, сделанная почерком погрубее,
не столь изысканным. Бен Cap Дин решил, что это писал сам Уокер. Тот явно
сделал себе памятку, чтобы не пропустить что-то важное в Стокгольме: Дом
тысячи наслаждений мадам Ольги.
Бен Сар Дин долго всматривался в билет. Он мог бы сам использовать его
и бежать наконец отсюда, но что-то подсказывало ему: не делай этого!
Внутренний голос говорил, что билет - подарок судьбы, шанс, который нельзя
упустить.
Завернув билет в один из старых румалов с изображением Кали, из тех,
которые нигде уже не найдешь по приемлемой цене, он пошел в ашрам и вложил
румал в одну из рук Кали. Ученики поймут, что делать.
Через три дня румал вернулся. В нем лежало четыре тысячи триста
восемьдесят три доллара. И драгоценности. Настоящие драгоценности. Так Бен
Сар Дин постиг закон экономического процветания: чтобы получать деньги, надо
сначала их во что-то вложить.
Никаких больше дешевых рейсов. Только первым классом.
Позвонив в Джаст Фолкс, он отменил заказанный им предварительно
абонемент, дающий право на посещение без дополнительной платы туалетной
комнаты, и сказал, куда перевести остаток денег.
Номер 109.
Комедийная актриса Беатриса Биксби познакомилась с человеком, который
на самом деле считал ее очень забавной. Он был ее соседом в салоне первого
класса авиалайнера, летевшего в Стокгольм. Его не интересовало ее тело, или
ее слава, или ее деньги. Он дарил Беатрисе то, чего она всегда искала на
сцене, - одобрение. Все, что она ни говорила, новый знакомый находил
восхитительным или потрясающе смешным.
- Я вовсе не так уж и забавна, - говорила она, хотя думала совсем
обратное.
Она была просто в ударе, всю жизнь мечтала она быть именно такой, как
сейчас. Когда молодой человек пригласил ее заехать по пути в один
ресторанчик, а затем увел в тихое местечко, где попросил о маленьком
одолжении - накинуть ей на шею желтый платок, она ответила:
- Пожалуйста. И если уж он обовьется вокруг моей шеи, было бы неплохо
положить в него бриллианты.
Она сделала паузу, ожидая взрыва хохота. Но молодой человек больше не
смеялся. А скоро, очень скоро, не смеялась и она.