Ричард Сапир, Уоррен Мерфи. В объятиях Кали - Глава восьмая
75 >
упадок, ей потребовалось еще несколько столетий, но в тот день, когда Лу
забыл о своей миссии и отбыл на родину, она уже превратилась в труп.
- Никто не винит Синанджу, - попытался утешить старика Римо. - Только
ты знаешь об этом.
- А теперь и ты.
- Я никому не скажу. И никто не обвинит Синанджу в том, что они
упустили Рим.
- Вина - виной, но факт остается фактом. Лу упустил Рим. Я не хочу
остаться в истории Мастером, упустившим Америку.
- А что произошло дальше с Лу Опозоренным? - спросил Римо.
- Много чего, но об этом - в другой раз, - отмахнулся Чиун.
Римо встал и выглянул из пещеры. Холодная белизна гор, слегка
голубоватое небо, нахмуренное и как бы вызывающее. Оно пробудило в его
памяти те принципы, кодекс чести, которые помогали ему служить Синанджу и
выполнять свой долг. Он чувствовал, что возвращается на поле битвы. Он
вступит в борьбу с людьми, которые выбивали его из колеи своим искренним
желанием умереть. Он вступит с ними в борьбу, хотя ему и не хочется этого.
Но так надо, и это он знал.
- Что тревожит тебя? - спросил Чиун. Бросив на Чиуна взгляд, Римо
ответил корейцу его же словами:
- Об этом в другой раз.
А в ашраме Кали - богиня. Кали непобедимая, простирала над головами
поклоняющихся ей людей новую сверкающую руку. Все могли видеть, как она
будто хотела прижать что-то к груди, но в руке ничего не было.
- Он грядет. Ее возлюбленный жених грядет, - пели ученики.
А Холли Роден, сверхпривилегированное дитя из Денвера, так и лучилась
счастьем, зная, кто станет возлюбленным богини. Она видела, как лихо он
убивал в Северной Каролине.
- Как он выглядит? - спрашивали у нее.
- У него темные волосы, черные глаза и широкие скулы. Сам он худощав,
но у него мощные запястья.
- А что еще?
- Надо видеть, как он убивает, - сказала Холли.
- Ну и?..
- Он был... - у Холли Роден перехватило горло, тело ее затрепетало при
воспоминании об этом дне, - ...он был великолепен.