66 >

     Римо  не  знал,  сколько времени он  проспал. Открыв  глаза, он  увидел
Чиуна, который сидел на полу.
     -- Ты так и просидел тут? -- спросил Римо.
     --  Нет,  -- ответил Чиун. -- Я зашел посмотреть,  не  забыл  ли  я тут
чего-нибудь.
     Римо  кивнул. И  вдруг  его сознание остановилось  на мысли, что  он не
чувствует боли. Подняв из воды правую  руку, он поднес ее к глазам. Краснота
исчезла,  там,  где  кожа  была  сморщенной  и,  казалось,   вот-вот  начнет
трескаться, живая ткань, впитав в себя влагу, разгладилась.
     --  А  что  это ты налил в ванну? -- поинтересовался Римо.  --  Хорошая
штука.
     --  Это  сделано  из  глаз жабы,  --  сказал  Чиун.  --  С  добавлением
измельченных рогов  козла,  желчного пузыря  теленка,  помета  водоплавающих
птиц, маринованных языков тритонов, органов саламандры...
     -- Хватит! -- сказал Римо. -- А то меня вырвет.
     -- Ты же сам спросил.
     -- Если бы ты был поделикатней, мог бы и не говорить, -- упрекнул Римо.
     Когда он  начал вылезать из ванны, Чиун поднялся с пола и отвернулся, и
Римо удивила  такая стеснительность старого азиата.  Обернувшись полотенцем,
он спросил:
     -- Оно что, правда из всего этого сделано?
     -- Еще  раз обожжешься,  и  я  заставлю тебя  это  выпить,  -- хмыкнув,
ответил Чиун и вышел из ванной.
     Чуть погодя, надев все чистое,  Римо вошел в гостиную. Он  догадывался,
что Чиун имеет намерение поговорить с ним о возвращении в КЮРЕ, но готов был
смириться  с  этим ради  того,  чтобы снова  побыть с  ним  вместе. Он  даже
представить себе не мог, как ему будет недоставать старого ворчуна.
     -- Я  полагаю, ты  хочешь поговорить со мной  о возвращении на работу к
Смитти? -- спросил он.
     Чиун  стоял возле окна  и смотрел  на нависшее над  Сент-Луисом  ночное
небо. Из-за его спины Римо были видны арки моста над Миссисипи.
     Чиун махнул рукой.
     -- Делай, что хочешь.
     -- Тогда зачем же ты здесь? -- спросил Римо. И  снова  на какой-то  миг
ощутил страх  при  мысли, что Чиун явился сюда  по приказу Смита,  чтобы его
ликвидировать. Но это было глупо. Стал бы Чиун нянчиться и лечить его, чтобы
затем убить? Глупо? Может быть. Тем не менее Римо считал,  что Чиун на такое
способен,  допустим, следуя  какой-то древней  традиции Синанджу,  такой  же
древней, как Великая китайская стена. Никто этого не знал.
     -- Зачем, Чиун? -- повторил Римо.
     -- Я хочу знать об этих пожарах, -- сказал в ответ Чиун.
     -- Пожары, как пожары, следуют  один за другим. В одном  из них погибла

Следующая

66 >