98 >

Уизерспула.
     -- Ага, наша работа. Хороший был пожар.
     Римо кивнул.
     -- При этом пожаре погиб наш друг.
     -- Сочувствую, -- отозвался Солли Мартин. -- Такова жизнь.
     -- Мне нравится, что ты к этому так относишься, -- сказал Римо.
     Торопясь  побыстрее  открыть чемоданчик с деньгами,  Солли забыл, какой
вопрос он задал Римо. Подняв крышку,  он посмотрел на деньги, затем  перевел
луч фонарика на Римо,  стараясь попасть тому прямо в глаза. Заметив движение
луча, Римо успел сузить зрачки прежде, чем в них  ударил свет, и,  когда это
произошло, они у него были уже размером не более острия булавки.
     --  Кажется,  я тебя уже где-то видел,  --  проговорил Солли,  пробегая
лучом фонаря по лицу Римо.
     -- Мы никогда не встречались, -- ответил Римо. -- Но были к этому очень
близки в Сент-Луисе. У магазина спорттоваров.
     -- Так это был ты?
     -- Ага.
     -- Напугал ты мальчишку.
     -- Это ничто  по сравнению  с тем, что я  собираюсь сделать, --  сказал
Римо.
     -- Что ты имеешь в виду?
     -- Первым будешь ты, а потом он. Это не деньги, а всего лишь нарезанная
бумага и сверху несколько купюр. "Куклы".
     Луч света метнулся на дипломат, но, прежде чем Солли  Мартин успел хотя
бы взглянуть  на деньги, Римо  уже был рядом  и его  правая  рука  обхватила
Мартина за шею, точно капкан.
     -- Где мальчишка? -- спросил Римо.
     -- Не знаю. У-у-у-у! Не знаю!
     -- Что значит "не знаю"?
     -- Он где-то наверху. В этом здании.
     -- А как же он узнает, что ты получил деньги? -- спросил Римо.
     --  Он должен  позвонить по  тому  телефону.  Солли попытался,  правда,
безуспешно, указать туда, где на стене висел таксофон.
     -- Это правда? -- спросил Римо, хотя и без того знал, что это так.
     Боль  в разумных пределах  и в нужный момент, всегда помогает  добиться
правды, а Римо был большой мастер по части дозированной боли.
     -- Да, это правда, -- проговорил Солли. -- Это была дерьмовая затея.
     -- Может, ты просто занимаешься не своим делом? -- спросил Римо.
     -- Я всегда занимался не своим делом.  И теперь я  наконец это понял. И
вот теперь... проклятье, -- тюрьма!
     Римо покачал головой. В отсвете фонаря,  упавшего на пол, Солли  увидал
лицо Римо: широкие скулы, темные, глубоко посаженные глаза, -- и по телу его
пробежала дрожь.
     -- Что ты хочешь этим сказать? -- спросил он. -- Ты ведь полицейский?
     -- Извини, парень. Ты не угадал. Я наемный убийца.
     -- Вот, вот, -- вставил Чиун. -- И как раз вовремя.

Следующая

98 >