116 >

     Харолд  В. Смит сидел перед компьютером  и  наблюдал,  как  загораясь и
потухая, мигают  ему огонечки на мониторе,  точно  кто-то изнутри молчаливой
машины пытался послать ему закодированное сообщение.
     Смит  любил компьютеры, ибо они за  считанные  секунды  и минуты  умели
делать  то,  на  что  человеку потребовались  бы дни и  месяцы.  Но  Смит  и
ненавидел эти  машины, потому что если  уж  они начинали  работать, человеку
оставалось только сидеть и  ждать,  когда им угодно  будет  закончить. Такое
ожидание  заставляла Смита  испытывать  чувство вины. Технически  он  как бы
работал,  но  на  самом  деле  ничего не делал, а  только  нервно  барабанил
пальцами  по  корпусу  компьютера.   После   стольких  лет   руководства  от
ничегонеделания он  начинал испытывать болезненное беспокойство, в животе  у
него  возникало неприятное тянущее чувство, а в желудке было такое ощущение,
точно он только что проглотил твердый резиновый мячик.
     Смит  возглавлял  свою  организацию  и  был  подотчетен  только  самому
президенту.  И  все  же  его мучил  неотвязный,  периодически  повторяющийся
кошмар, страшное видение того дня, когда некто влетит прямо  в  расположение
штаб-квартиры "КЮРЕ"  в  местечке  Рай, штат  Нью-Йорк,  посмотрит  на него,
Смита, ткнет в  него  пальцем  и скажет:  "Вот  ты где,  Смит. Снова валяешь
дурака перед компьютером".
     Смит почувствовал,  как тяжесть в  желудке слегка  уступила,  когда  на
экране  монитора   начали  появляться   первые  слова.  Компьютеру   удалось
расшифровать первую  половину  текста с камня, найденного  на  Малой Экзуме,
хотя почему  Чиун  считал эту находку столь  важной, для  Смита  по-прежнему
оставалось загадкой.
     "Две сливы", --  напечатал компьютер. Смит  громко произнес  эти  слова
просто для  того, чтобы услышать, как они звучат, но  на слух  они оказались
ничем не  лучше, чем на  письме.  В  том-то и беда с этими древними языками.
Вечно они пытаются все обозначать  и  описывать с  помощью каких-то фруктов,
звезд, деревьев,  птиц да еще  внутренностей. И каждое слово  на самом  деле
обозначает  совершенно иное  понятие,  потому,  видите  ли,  что  у  древних
полностью  отсутствовал дар  говорить  обыкновенной  прозой  без всяких  там
иносказаний.
     Компьютер некоторое время  колебался, но потом отпечатал слово из конца
надписи. Теперь на экране было написано: "Две сливы... сокрушенные".
     Не слишком  понятно,  нахмурившись, подумал  Смит.  Поскольку  середина

Следующая

116 >