20 >

существование  этого  оружия считалось суперсекретным фактом, известным лишь
немногим членам правительства.
     -- Хорошо, но если допустить, что в этого человека попала такая пуля  и
он  был  смертельно ранен, тогда как можно объяснить, что на 240-х кадрах мы
видим его убегающим с этими пластинами?
     Кто-то в зале кашлянул. Кто-то высморкался. Кто-то прикурил сигарету от
зажигалки, огонек которой прорезал темноту зала. Форсайт молчал.
     -- Ну, так как же? -- не унимался въедливый голос.
     -- Видите ли, -- начал Форсайт, -- мы вообще ни в  чем  не  можем  быть
уверены.  Но после того, как в течение долгого времени в стране увеличивался
объем  находящейся  в  обращении  денежной  массы  и   она,   следовательно,
обесценивалась,  а  в  нашем  Казначействе об этом даже и не подозревали, мы
можем только радоваться, что гравировальная пластина, с  которой  печатались
эти  фальшивки,  испорчена  так, что ее уже невозможно снова использовать. С
этой опасностью покончено,
     -- Ни с чем еще не покончено! -- резко возразил невидимый оппонент.  --
Тот,  кто  мог сделать один идеальный комплект гравировальных пластин, может
сделать и второй. Мы еще не  слышали  от  мистера  Гордонса  его  последнего
слова.
     Два  дня  спустя  секретарь  Казначейства  получил личное письмо. В нем
содержалось предложение. Автор письма хотел бы  получить  миниатюрную  копию
компьютерной   программы   по   творческому  интеллекту,  разработанной  для
использования  в  космических  полетах,  в  обмен  на   комплект   из   двух
безукоризненно    исполненных    гравировальных    пластин   для   печатания
стодолларовых  банкнот.  О  качестве  пластин  можно  было  судить  по  двум
прилагаемым,  безукоризненным  банкнотам.  Они были поддельные: на них стоял
один и тот же серийный номер.
     Письмо было от мистера Гордонса.

Следующая

20 >