78 >

краткий пересказ.
     -- Чиун, ты говоришь о синопсисе, а не о синапсе, -- сказал Римо.
     -- Вы, белые, все заодно, -- буркнул Чиун.
     Ванесса Карлтон смотрела вверх, на панель контрольных приборов. Ее губы
сжались в линию, грудь поднималась и опускалась, точно пекущийся пудинг.
     -- Вы только посмотрите на  него,  --  злобно  сказала  она.  --  Дебил
размером с городской квартал. Кретин.
     -- Отправьте его обратно производителю, -- предложил Римо.
     --  Я  и есть производитель. В эту чертову громадину вложено все, что я
знаю.
     -- Может быть, вы знаете маловато?
     -- Нет, мальчики. Я знаю очень много. Я  --  талант  высшей  категории,
Менза-тип  интеллект  группы  "А",  имею сертификат. Интеллектом такого типа
наделены только гении.
     -- Была бы она на самом деле такая умная, знала бы, что такое на  самом
деле синапс, -- шепнул Чиун.
     Ванесса Карлтон не слышала его слов. Она продолжала говорить, обращаясь
больше к компьютеру, чем к визитерам:
     --  Знаете  ли  вы,  что такое гений? Если что-то невозможно, гений это
осознает. Высшее достижение моего разума состоит  в  том,  что  я  пришла  к
выводу: создание искусственного творческого интеллекта невозможно.
     -- Не понял, -- сказал Римо.
     -- Еще бы, это явно не твой профиль. Вот в постели ты, наверное, хорош.
Неплохо  бы  тебя испытать. Однако выбрось из головы мысли о сексе. Господи,
ну почему вас, мужчин, никогда не интересует ничего,  кроме  секса?  Сиськи!
Задницы! Это -- все, о чем вы думаете. Я пытаюсь тебе что-то растолковать, а
ты думаешь только об оргазме.
     --  Не  стоит  так  волноваться  из-за  него,  --  сказал  Чиун.  -- Он
необразован и бестактен.
     Ванесса Карлтон согласно кивнула.
     --  Короче  говоря,  --   сказала   она,   --   я   капитулировала.   Я
программировала   их   на   речь,   на  движение,  на  исполнительность.  На
приспособляемость. На способность к анализу. На выживание. Я продвинулась  в
этом  дальше,  чем  кто-либо  до  меня. Но создать искусственный интеллект с
творческими способностями так и не удалось.
     -- Ну и что? -- спросил Римо.
     Она возмущенно  тряхнула  головой,  удивляясь  тому,  что  она  считала
непроходимой тупостью.
     -- Ты, кареглазый, точно хорош, наверное, только в постели, поскольку в
остальном, похоже, не мастак.
     -- Зовите меня просто Римо.
     --  Прекрасно. А ты зови меня доктор Карлтон. Если бы мы могли встроить
творческий интеллект в компьютер космического корабля, тогда те три  пробных

Следующая

78 >